for_sel


Книга ссадин и пощечин. new


Previous Entry Share Next Entry
ИСПОВЕДЬ ТРЕТЬЕГО ГРИБА
for_sel

«Похищение» авторский проект Константина Кожевникова
Режиссер Алексей Богачук-Петухов
Театр.Doc




("Современная драматургия", №1-2013)


Пермский город Верещагино дважды за один приезд облагодетельствовал художник Василий Верещагин – побывав в этих краях в начале прошлого века, он не только изобразил поселение, но и подарил ему, пусть не по своей воле, имя. В третий раз Верещагино свело с Верещагиным ровно сто лет спустя – местный шалопай-однофамилец ввязался в крайне нелепую историю с похищением дочки местного бизнесмена, и этот случай лег в основу одноименного спектакля Театра.Doc. Но здесь Валерке Верещагину отведена третьестепенная «закадровая» роль, хотя именно для нее автор так мучительно ищет объяснения: что же, чья воля заставила того пойти на преступление, когда так легко было отказаться – ведь отказался ж поначалу…





Но автор – тот еще герой своего, возможно, будущего романа, который, чтобы настроить на нужный лад и сразу расставить акценты, можно начать с присказки «Было у отца три сына...» Двое – статные близнецы Веня и Петя, а третий – Константин Кожевников, актер столичного детского театра «А-Я». Подустав от ролей старого кактуса и, по Быкову, «третьего гриба в пятом ряду», он решает сорвать «Золотую маску», рассказав историю с похищением ребенка в своем родном городе Верещагино. Заявку на спектакль подает в Театр.Doc и едет по местам боевой славы.
И эта неподготовленная, на авось предпринятая поездка выливается в чреду нелепых похождений, сродни заявленной истории с похищением. Заявил-то Кожевников о похищении девочки, а рассказывает про похищение девяти столбов с его дачного участка. Ну, как его – тут следует долгий, в лицах, показ родственных и соседских связей, приведших, в итоге, к столбам. Зритель знакомится и с мамой Кожевникова Галиной Анатольевной – «женщиной бойкой, но бестолковой», и безвольным племянником покойного деда Андреем, то ли отдавшим соседям, то ли не отдававшим эти самые столбы, с братом Вениамином, беременной соседкой Ириной, «тут так светленькой». И далее – вереницей одноклассников и одноклассниц, с однокурсницей из театрального училища и сослуживцами из ДК Госзнака, есть даже обитатели пермского зоопарка. Попутно предстоит подробная экскурсия по достопримечательностям Перми с подробным отступлением про театр «Театр» и основавшего его Бориса Мильграма («Кто там, кто там – Мильграм-Мильграм»), а так же краткий пересказ фильма «Соучастники» с Томом Крузом. Тут даже неподготовленный, случайно забредший в Doc зритель почувствует себя духовно обогащенной личностью: за каких-то полтора часа Константин Кожевников рисует Пермь той самой культурной столицей, какой не удалось ее сделать галеристу Марату Гельману за несколько лет. И так тщательно, с любовью выписывает актер родное Верещагино, как художник Верещагин – охранников у ворот султанского дворца.
Хотя сам спектакль – крайне неровный. Начинается с как бы случайно сымпровизированного конферанса – забредший поправить установленную в углу сцены камеру режиссер Алексей Богачук-Петухов знакомит публику с актером Константином Кожевниковым, актер – с режиссером. И оба – такие неловкие провинциальные дзанни-дебютанты (Богачук-Петухов, к слову, пермяк), словно впервые исполняющие свои роли. И на этой эстрадной волне продолжает уже оставшийся наедине со своими персонажами-земляками Кожевников, примеряя на себя маску деревенского простачка, кому-то, может, еще памятную по ранним номерам Михаила Евдокимова. Но Кожевников – мим искусный, ему что чужую маску одеть, что одним жестом образ создать, большого труда не составляет. И делает он это легко и походя, снимая то вполне тут ожидаемую манеру исполнения Евгения Гришковца, то эстрадных же номеров Михаила Жванецкого, то даже не случайно, ох не случайно им упомянутого Ролана Быкова – надев очки для изображения соучастника преступления диджея Юры Титова, он преображается в роланбыковского кота Базилио – и тут даже лишних ремарок для объяснения его поступков не надо.
Хотя многие случайно брошенные, и невесть по какому наитию записанные Кожевниковым реплики, собранные в итоге в спектакль, приобретают порой неожиданный коленкор и даже политический окрас. Чего, к примеру, стоит оброненное в Пермской прокуратуре замечание: «Зайдите к Медведеву в 1-й кабинет, ой, нет, во 2-й – это раньше он в 1-м был…». И спектакль получается уже совсем не о похищении. Точнее, не только о нем. «Это спектакль о нашем менталитете», - замечает режиссер Алексей Богачук-Петухов.
Но все же, наконец, о похищении: после ряда мытарств, буквально перед отъездом в Москву, на сбор труппы – к роли Старого Кактуса, Кожевникову удается встретиться с Владимиром Стариковым, отцом Даши, которую шесть лет назад похитили трое верещагинских… И вот тут загвоздка с определением: нормальные же вроде парни, какими их показывает нам автор, а пошли на нелепое во всей своей очевидности преступление. Впрочем, об их адекватности судите сами: «сын мэра и злодей» Сергей Лапехин, владелец кафе «Норд-Ост», задолжал кругленькую сумму хозяину игорного клуба «Шанс» - тому самому Старикову. И чтобы рассчитаться, решил выкрасть его четырехлетнюю дочь, а полученный за нее выкуп вернуть ему же в качестве долга. «Сложная многоходовка, на которую Лапехин не способен» - однозначный вердикт какого ни спроси верещагинца. Ну так хватило же у парня «смекалки» так назвать свою забегаловку – четыре года спустя после теракта на Дубровке. Да и все похищение – тот еще комикс, недаром его Кожевников тут же изображает на загодя приготовленном мольберте. Но «комикс на документ не тянет», как того требуется в Театре.Doc. Не тянет и статья в местной газетке, и якобы свидетельские показания земляков. Где один только монолог отца Старикова посильнее «Фауста» Гете и «Макбета» Шекспира. Хотя и он, в итоге третий гриб во всей этой истории – мэр, так и не извинившись за сына, пустил по миру его «Шанс»…
Шансы самого актера по ходы спектакля возрастают – в финале это уже не Гришковец или Евдокимов, а Кожевников в полный рост и голос. Да только развивать тему дальше, доигрывать ее не хочет – и режиссер обрывает спектакль на самой интригующей, исповедальной ноте. И пусть проект сплошь экспериментальный, но сразу его так – на «Золотую Маску»? Тут сразу вспоминается один из прошлогодних номинантов премии – «Убийца» по пьесе А.Молчанова в Московском ТЮЗе: не то чтобы спектакли похожи, но герои точно одной крови. У них даже ход мыслей схожий. Но у Богачук-Петухова они иные: «Мы еще и книгу издадим» - уверен он. Но все тот же Быков в свое время написал «Третий в пятом ряду». Хотя отчего же им так и не «выйти из ряда вон»? И уже – во весь голос.







?

Log in

No account? Create an account